 |
|
-- Покушать изволите или самовар прикажете? Приезжий мельком глянул на ее округлые плечи и на легкие ноги в красных поношенных тат..
- Сколько? - вдруг заинтересовался Григорий Борисович. - Очень много. Думаю, больше ста. И затем: - Вы под кроватью не смотрели?..
Многие дети выражают или по крайней мере изображают протест, а мне было хоть бы что. Я философствовал с ползунков. Из принципа настраивал себя против жизни...
Мы осуществляем проектирование домов - Бюро Линия 8.
В продаже: пиломатериалы, вагонка - компания Альт Лес.
дистанционное обучение, высшее образование
Дистанционное образование - удобная форма приобретения заочного высшего образования всех уровней ("бакалавр", "специалист", "магистр") без отрыва от работы и дома.Сейчас студентами факультета экономики МАИ по системе дистанционного образования являются жители почти всех регионов России.
www.diomen.ru
Смотрите также:
Генрик Ибсен и его творческий путь
Андрей Кротков. Строитель Генрик
Краткие биографические сведения о Генрике Юхане Ибсене
Проблема семейного счастья в драме Г. Ибсена Кукольный дом
IP АТС.
Основные преимущества IP АТС перед консервативными телефонными сетями в её универсальности, простоте настройки и подключении.
www.sipuni.ru
«Гедда Габлер» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 51) Также вы можете получить: |
Тем временем:
...
-- Умерли смирно, всем так дай бог. А жалеть их некому, никого после себя не
оставили, -- прибавила она и опять вышла.
Бестужев, присев на подоконник, все глядел в темный угол, на постель,
где лежал умерший. Он все старался что-то понять, собрать мысли, ужаснуться.
Но ужаса не было. Была только удивленность, невозможность осмыслить,
охватить происшедшее... Неужели все разрешилось, и теперь можно говорить в
этой спальне так свободно, как говорит Наташа? Впрочем, подумал Бестужев,
она говорила о князе с той же свободой, -- как о человеке, уже вышедшем из
круга живых, -- и раньше, весь последний месяц.
Со двора, из сумрака слабо и необыкновенно приятно пахло дымом. Это
успокаивало, говорило о земле, о продолжающейся простой человеческой жизни.
В стемневших лугах, на реке, ровно шумела водяная мельница... Неделю тому
назад князь сидел возле ее ворот на старом жернове, -- в шапке, в лисьей
поддевке, худой и темноликий, согнувшись и упершись руками в серый
ноздреватый камень. Старик, который привез смолоть несколько мер новины,
щурясь, исподлобья посмотрел на него, развертывая веретье. "А уж и худ ты!
-- холодно и пренебрежительно сказал он князю, хотя прежде всегда говорил с
ним почтительно. -- Прямо никуда! Нет, теперь тебе житья немного. Тебе лет
семьдесят будет?" -- "Пятьдесят первый", -- сказал князь. -- "Пятьдесят
первый! -- насмешливо повторил старик, возясь с веретьем. -- Не может того
быть, -- твердо сказал он, -- ты намного старше меня". -- "Вот дурак, --
усмехнувшись, сказал князь, -- да ведь мы росли вместе". -- "Ну, росли, не
росли, а житья тебе теперь немного", -- сказал старик, натуживаясь, и,
приподняв и прижимая к груди тяжелую, полную рожью меру, поспешно, приседая,
пошел в шумящую, белую от муки мельницу...
-- Теперь уходите, барчук, -- бесстрастно, но значительно сказала
Наташа, входя с ведром горячей воды.
И от этого ведра, от этих слов Бестужеву вдруг стало страшно. Он
поднялся с подоконника и, не глядя на Наташу, вышел через прихожую,
прилегавшую к комнате покойного, на черное крыльцо...
